ОБЗОР СТАТЕЙ, ВЫШЕДШИХ В №43 ЗА 18 – 24 ОКТЯБРЯ 2018 ГОДА

432

Номер открывается информацией и фоторепортажем об открытии в центре Каратальского района Алматинской области – городе Уштобе парка имени Кемеля Токаева. Это мероприятие приурочено к 95-летию известного писателя, основоположника детективного жанра в казахской литературе, ветерана Великой Отечественной войны. А началось оно с возложения цветов к мемориалу писателя и с выступления акима Алматинской области Амандыка Баталова:

Мы сегодня переживаем радостное для нас событие. Этот парк открыт в честь 95-летия со дня рождения видного прозаика Кемеля Токаева. Великий поэт Ильяс Джансугуров писал: «Если народ не чтит своих достойных сынов, то, как в нём могут родиться выдающиеся люди?» Наш долг – чтить имена известных личностей. В этом парке предусмотрено открытие детских и спортивных площадок. Поэтому я верю, что парк имени нашего уважаемого земляка станет излюбленным местом отдыха каратальцев, – сказал А. Баталов.

Редакцией газеты анонсировано три материала: беседа Е. Капкызы с учёным, доктором исторических наук, профессором, директором Республиканского научно-исследовательского центра «Изучение традиционных цивилизаций Центральной Азии» при КазНУ им. аль-Фараби Таласом Омарбековым «Аштыққа саяси баға әлдеқашан берілген» («Голоду давно уже дана политическая оценка») на стр. 3-ей, обширный очерк члена-корреспондента НАН РК, доктора филологических наук, профессора Б. Омарулы «Жыр саулаған жәдігер» («Памятник поэзии») о вышедшей 110 лет тому назад на татарской земле книге стихов акына Мурата Монкеулы на стр. 7-ой и воспоминания С. Тургынбекулы о замечательном казахском поэте Гафу Каирбекове на стр. 10-ой.

Отвечая на вопросы корреспондента «Ana tili», Талас Омарбеков весьма критически отозвался о претенциозной и искажающей реальную историческую картину статье Сергея Мусаулова «Россия-Казахстан: о вреде войн памяти», опубликованной на одном из российских сайтов, упомянул имена таких зарубежных и отечественных историков и демографов, как Роберт Конквест, Роберт Дэвис, Стивен Уиткроф, Николай Пианчиело, Манаш Козыбаев и Кайдар Алдажуманов, которые оценивают общее количество погибших от голода казахов: от 1 до 1,750 млн. человек. По его же мнению, число жертв этой страшной трагедии составляет свыше 2 млн. человек. Почти одновременно голод прокатился по всей Украине. Там это объявили геноцидом, что по всем параметрам соответствует действительности. Почти в каждой деревне подчистую вымели все амбары, выставили охрану, люди не могли выйти за пределы своей деревни и пойти в соседнюю. А наши казахи могли уйти, куда глаза глядят, то есть за кордон. Но в подавляющей массе являвшиеся скотоводами-кочевниками они полностью зависели от поголовья своего скота, который у них насильно отобрали для того, чтобы таким образом насадить в Казахстане коллективизацию. Люди, лишённые скота, гибли от голода.

На вопрос корреспондента: «Вы написали книгу «Голодомор». Для чего вы использовали этот термин?» профессор Т. Омарбеков ответил:

– Значение этого слова – умереть от голода. Считаю, что и в Казахстане был «голодомор». Я вам объясню, почему наши общественные деятели склонны называть это геноцидом. Результаты этой кампании действительно ужасают. Погибло около половины всех казахов. По оценке иностранных экспертов, в Советском Союзе от голода погибло 6 млн. человек. 30 процентов от этого количества составляют украинцы, четверть – казахи. Остальные – жители Северного Кавказа и всего Советского Союза. Украинские историки считают, что погибло 5-7 млн. украинцев, но их численность в разы превышало численность казахов. А если считать, что у нас погибло 2 млн. человек, то это приближается к 50 процентам всей численности казахов. На Украине погибли только украинцы, у нас – одни казахи. Геноцид – это целенаправленное, умышленное истребление целого народа. Проводится он с целью уничтожить какой-то народ, чтобы захватить его землю. В Советское время нации не признавались. Поэтому не было такой политики. Голод по своему механизму не относится к геноциду, но по масштабам с ним сопоставим.

– Вы утверждаете, что часто встречается искажение документальных фактов. Насколько полезны архивные документы?

– Доступ в архивы в последнее время весьма ограничен. Но голод, репрессии, деятельность Алашорды всё же изучены в достаточной степени. Сейчас самое важное для нас, это то, чтобы подрастающее поколение знало об этих трагических страницах истории. Так, под моим руководством были написаны учебники для 5-6 классов в рамках 12-летней школьной программы. В них объективно описаны все исторические события. 

Так как газета «Ana tili» на сегодня является главным информационным инструментом, способствующим формированию единой нации, изданием, основной миссией которого является развитие государственного языка и его идеологии, то в нём находят постоянное отражение публикации, посвящённые этой важнейшей тематике. В связи с этим хотелось бы отметить следующие материалы.

Первый из них на стр. 1-ой – обзорно-аналитическая статья доктора филологических наук, профессора С. Бизакова «Орфографияның орны бөлек» («Орфография занимает отдельное место»). В ней автор отмечает, что правописание является самой важнейшей среди проблем развития казахского языка. Она играет ведущую роль в необходимости изучения государственного языка, в дальнейшем развитии культуры письменности и наряду с этим способствует широкому, повсеместному распространению языка. С учётом этого и предстоящего в ближайшей перспективе перехода на латинскую графику только в течение 2017 года были проведены три круглым стола с участием специалистов языка, на которых между ними происходил обширный, научно обоснованный обмен мнениями с целью окончательно формирования современной орфографии. По их итогам была издана брошюра «Қазақ тілін көркейтудің оңтайлы тәсілдері» («Эффективные методы достижения благозвучия казахского языка»), распространённая среди преподавателей национального языка всех вузов Алматы и представителей СМИ с тем, чтобы они высказывали свои мнения и предложения. Они и были учтены при проведении круглого стола, организованного при поддержке президента НАН РК, академика М. Журинова,  академика А. Кайдарова, председателя «Общества казахского языка», академика О. Айтбайулы и профессора М. Малбакова, являвшегося на тот момент директором института языкознания имени А.Байтурсынова. Несмотря на то, что 6-ое издание орфографического словаря казахского языка вышло без дополнений и исправлений, следующее издание было переиздано также без всяких изменений. Далее автор подробно останавливается на отдельных моментах словоупотребления языка, отмечает, что большую трудность для русскоязычных людей, изучающих казахский язык, представляют слитно произносимые и сложносоставные слова. Сам же профессор с целью привлечь внимание казахов, не владеющих родным языком, к богатству, образности, благозвучию, лаконичности государственного языка написал три научно-познавательных пособия: «Элементарный курс казахского языка», «Учебник трудностей казахского языка» и «Казахский язык: просто о сложном». В них изложены такие темы, как «О некоторых неточностях, допущенных в учебных пособиях» и «Спорные вопросы казахской орфографии», которые, безусловно, помогут всем, кто хочет в совершенстве овладеть государственным языком. Вот что пишет далее С. Бизаков:

– Многие высказывают своё мнение об удивительных свойствах казахского языка. На сегодня он является одним из богатейших по словарному запасу языков в мире, удобным по морфологическому составу, благозвучным, красивым, мелодичным, жизнеспособным, образным, гибким, зрелым, сохранившим свою природу языком… Поэтому нужно предпринять максимальные усилия для того, чтобы наши русскоязычные соотечественники не просто почувствовали интерес к своему родному языку, но и осмыслили необходимость его изучения.

Второй «языковой» материал – критическая статья писателя, лауреата Государственной премии РК Б. Нуржекеева «Жаңа әліпби тіл бодандығын жалғастыра бере ме?» («Неужели новый алфавит сохранит прежнюю зависимость?») опубликован на стр. 5-ой под рубрикой «Ашиды жаның …» («Душа болит»). О какой же зависимости идёт здесь речь?

Автор вполне справедливо вопрошает: «Речь идёт о внедрении извне буквы «и», которая чужда казахскому языку, потому что в нём употребляется только «й» (краткая форма этого звука). Это заставляет нас забыть историю, науку, мнения на определённых этапах развития языка. Так зачем же нам тогда надо было переходить на латинскую графику? Ведь её основной причиной являлась наша надежда избавиться от дальнейшего влияния русского языка. Потому что в «Основных правилах орфографии казахского языка» записано: «Заимствованные из русского языка слова в своей основе сохраняются и пишутся неизменно в соответствии с орфографией русского языка» (глава 3, параграф 18). И там же в параграфе 19 записано: «Заимствованные из арабского и персидского языков слова звучат по-казахски и записываются в изменённой форме».

Если вы заметили, то согласно этим правилам заимствования из русского языка не считаются чужими, как заимствования из арабского и персидского языков, а считаются нашими собственными. Это досадная ошибка, допущенная в правилах, неизменно сохраняется в течение 27 лет со дня обретения Независимости. Её должны были исправить институт языкознания имени А. Байтурсынова и Министерство образования и науки. Но, к сожалению, два этих учреждения только получали зарплату, а в судьбы языка не вмешивались. Поэтому зависимость языка сохраняется вот уже на протяжении 27 лет.

Сотрудники института языкознания ранее объявляли, что новый алфавит будет внедрён по принципу «один звук – одна буква». Однако, это оказалось обманом. Потому что буквы, обозначающей звук «и» (как, впрочем, и сам этот звук – Ред.)  в казахском языке не существовал и в царское время, и в первые периоды советской эпохи вплоть до 1940 года. И в 1929 году, когда был впервые осуществлён переход на латиницу, указанной буквы не было и в алфавите существовало 29 букв. Теперь остановимся на роли буквы «и».

Она была намеренно внедрена с целью нарушить естественный природный сингармонизм казахского языка.

Далее автор приводит множество наглядных и конкретных примеров нарушения принципов и законов казахского языка, связанных, казалось бы, с таким «безобидным» процессом проникновения в язык всего лишь одной буквы «и».

Вдумчивая и очень актуальная статья известного прозаика вряд ли может оставить равнодушными всех, кто любит, чтит и уважает свой родной язык. С болью в сердце Б. Нуржекеев пишет далее (считаем, что можно полностью дать перевод последних трёх абзацев этой статьи – Ред.):

– Наверное, на земле нет такого звука, который бы не в состоянии был произнести любой казах?! И то, что мы чуждым для нашей речи звукам отвели во внедряемом нами новом алфавите по букве и знаку, а основным звукам нашего языка, как «ң», «ә», «қ», «ө», «і» не дали ни одного графического знака, заставляет нас задуматься. Эти буквы обрели нынешнее написание не ради нации, а ради компьютера. Не правда ли, сей легкомысленный поступок наших учёных-новаторов достоин удивления?! Не знаю, существует ли в какой-нибудь ещё стране тенденция к приспособлению алфавита не к потребностям языка, а к техническим нуждам, но, возможно, наши учёные здесь являются первыми?

Если говорить дальше, то с нашим языком и алфавитом связано ещё немало тревог и беспокойств. Власти не интересуются у поэтов и писателей, в чём их суть, они спрашивают об этом только учёных. И вот уже на протяжении 27 лет государственное делопроизводство ведётся, а официальные мероприятия продолжают проводиться на русском языке. До боли в душе обидно, что за этот период мы так и не смогли модернизировать своё общественное сознание в сфере языка, который является основным оплотом Независимости.

В общем, нарушение закона сингармонизма нашего языка – это прямой путь к тому, чтобы заглушить само звучание казахской речи. К сожалению, это так …

Там же, на стр. 5-ой под рубрикой «Мәселенің маңызы» («Значимость проблемы») вышел материал «Терминология – тілдің маңызды саласы» («Терминология – важная отрасль языка»), подготовленный старшим научным сотрудником лингвистического центра Института законодательства РК Ж. Нургалиевой. В нём автор отмечает, что проблема терминов всегда являлась злободневной и по сей день не потеряла своей актуальности. Особенно это касается вопросов их перевода с иностранных языков. Нельзя сказать, что в нашей стране не проводятся исследования специалистов и учёных по формированию терминов, но хотелось, чтобы их проводили системно и  более углублённо.

          – В первые годы Независимости все термины на русском языке были сплошь переведены на казахский язык. В связи с этой проблемой Елбасы Нурсултан Назарбаев отметил в нынешнем ежегодном Послании народу Казахстана: «Если мы хотим, чтобы казахский язык жил в веках, нужно его осовременить, не утяжеляя избыточной терминологией». И сказал о том, что необходимо пересмотреть подходы к обоснованности таких переводов и терминологически приблизить наш язык к международному уровню. В связи с указанной проблемой напомним слова академика А. Кайдарова: «Все термины – слова, но не все слова являются терминами». К примеру, ещё недавно были допущены неудачные попытки перевода таких слов, как «балкон», который звучал на казахском «қылтима», «фонтан» – «шаптырма» и других. Однако, тщательно рассмотрев их, Государственная терминологическая комиссия слова эти так и не утвердила. И здесь хотелось бы сказать о том, что нельзя переводить подряд все те слова, которые были давно заимствованы из иностранных языков, стали привычными для нашего слуха и лёгкими для произношения. Например, слово «наркотик» были переведено и утверждено, как «есірткі», но название одноимённого лечебного центра осталось в прежнем виде – наркодиспансер. Почему? Потому что в переводе оно на слух воспринималось не совсем благозвучно и являлось искажённым по своему содержанию.

Далее автор вспоминает, как в детстве её удивляло то, что бабушки вместо слова «август» говорила «агус», вместо «профессор» – «пропесур». Тогда она полагала, что та попросту не могла выговорить эти слова. Но вот  только недавно, изучая в Астане рукописи учёного-энциклопедиста Тельжана Шонаева (Шонаулы) в Госархиве, она поняла, что ошибалась. В статьях и трудах, опубликованных в периодической печати 20-х годов прошлого века, учёный писал вместо «август» – «агус», «география» – «жаграпый», «трактор» – «тырақтұр», «агроном» – «ағыраном», «фосфор» – «поспұр», «профессор» – «пропесұр», «сепаратор» – «сепаратұр».

Возможно, русскоязычное население, в особенности, казахи, говорящие на русском и не владеющие родным языком, воспримет на слух всё это не совсем благозвучно, но многие наши учёные считают это вполне нормальным для самой природы и фонетических особенностей государственного языка нашей республики. Если опираться на их доводы, то, как пишет Ж. Нургалиева, «70-80 процентов терминов, применяемых языком, должны составлять казахские слова, а остальные 20-30 процентов – заимствования из других языков».

Резюмируя сказанное, автор считает, что главной задачей в сфере законодательства на сегодня является создание терминов на родном языке в соответствии с требованиями её грамматики и лексики, а также систематизация и толковый отбор терминов, переведённых с иностранных языков.

На стр. 2-ой под рубрикой «Өңір тынысы» («Дыхание регионов») опубликован очерк Султана Казы «Келешегі кемел шаһар» («Город с перспективным будущим») о городе Туркестане – центре новой одноимённой области. Автор, отмечая его огромное значение не только в истории Казахстана, но и в истории всей Центральной Азии, всего тюркского мира, знакомит читателей с мнениями представителей различных слоёв общества о перспективах дальнейшего развития не только нового областного центра, но также и мегаполиса с республиканским статусом – города-миллионника Шымкента и всего региона. Так, общественный деятель Куаныш Айтаханов сказал, что если бы этот город не был священным, то великие сыны народа, начиная с хана Есима и хана Абылая, не выбрали себе здесь место вечного упокоения. Во-вторых, по его мнению, решение сделать этот город областным центром имеет важное экономическое, политическое и духовное значение. А вот предприниматель Абильдабек Жазылбек перенос областного центра воспринял, как возможность для успешного развития здесь малого и среднего бизнеса, потому что здесь достаточно трудовых ресурсов. Издавна заложены предпосылки для дальнейшего развития туризма, ведь ежегодно сюда приезжает около миллиона туристов. Своими мнениями поделились также старший преподаватель КарГУ имени Е. Букетова Н. Смагулов, директор департамента по политической работе партии «Нур Отан» Д. Жумин.

Редакция газеты продолжает публиковать отклики на Послание Президента РК под рубрикой «Жолдауға – қолдау». Они присланы представителями различных профессий: Д. Шынгалиевым, майором академии пограничной службы КНБ РК, Г. Мырзагаликызы, учительницей Актюбинской специализированной школы-интерната для одарённых детей имени М. Кусаинова и Б. Еркинбеком, председателем Южно-Казахстанской организации Казахстанского отраслевого профсоюза работников образования и науки.

Стр. 4-я полностью посвящена проблеме и вопросам перехода на латиницу. Это статьи Г. Кайреденовой «Әлемдік кеңістікке жол ашады» («Открывает путь к мировому пространству»), С. Мухтаровой «Байыптылық керек» («Нужен разумный подход») и старшего преподавателя Атырауского Государственного университета имени Х. Досмухамедова А. Базарбаевой «Латын әліпбиінің тарихы терең» («У латинского алфавита глубокие исторические корни»).

На стр. 11-ой опубликован весьма интересный исторический очерк писателя Н. Капалбекулы «Ұшкоңырға ту тіккен Бекболат Әшекеев жайлы не білеміз» («Что мы знаем о Бекболате Ашекееве, водрузившим знамя свободы в Ушконыре?»), из которого читатель узнает об одной из ярких страниц национально-освободительной борьбы казахского народа 1916 года, прокатившейся по всей территории Казахстана. Во главе крупнейшего восстания, вспыхнувшего в Семиречье, стоял 73-летний на тот момент Бекболат Ашекеев, возглавивший десятитысячное войско повстанцев, состоявшее из казахов, кыргызов, уйгуров и дунган. Против него были брошены крупные военные силы царской армии: 35 рот пехоты, две сотни конницы, 240 верховых разведчиков, 16 пушек, 47 пулемётов, несколько отозванных с фронта армейских частей, отряды местных семиреченских казаков. Несмотря на то, что восставшие были плохо вооружены, на первых порах им удалось заставить отступить карателей в город Верный (ныне Алматы). Но силой оружия восстание было подавлено, а сам Бекболат Ашекеев казнён через повешение. Перед смертью он крикнул:

– Да, я собирался выйти на войну,

Хотел твою голову (видимо, обращаясь к царю – Ред.) в землю зарыть.

За рыдающий народ свой хотел отомстить,

И Белого царя уничтожить дотла.

Подготовил Роман ТОКБЕРГЕНОВ




ПІКІР ҚАЛДЫРУ

Сіздің электронды пошта жарияланбайды. Қатарды міндетті түрде толтырыңыз *